Месяц: Март 2019

Среди друзей зашёл разговор о том, что «для личного совершен­ствования необходимо прежде изменить условия, среди которых живут люди». Всеми уважаемый Иван Васильевич рассказал историю, которая в корне изменила его жизнь.

Тогда он был молод и сильно влюблён в восемна­дца­тилетнюю Вареньку, красивую, высокую и грациозную девушку. Это было во времена, когда рассказчик учился в провинциальном университете, и главное его удовольствие составляли балы и вечера.

В последний день масленицы бал давал губернский предводитель. Иван Васильевич «был пьян любовью» и танцевал только с Варенькой. Там же был и её отец, полковник Пётр Владиславич — «красивый, статный и свежий старик». После обеда хозяйка уговорила его пройтись один тур мазурки в паре с дочерью. Весь зал был в восторге от этой пары, а Иван Васильевич проникся к варенькиному отцу восторженно-нежным чувством.

В ту ночь Ивану Васильевичу не спалось, и он пошёл бродить по городу. Ноги сами принесли его к дому Вареньки. В конце поля, где стоял её дом, он увидел какую-то толпу, но, подойдя ближе, увидел, что это прогоняли сквозь строй татарина-дезертира.

Пётр Владиславич шёл рядом и бдительно следил, чтобы солдаты как следует опускали палку на красную спину наказываемого, а увидев Ивана Васильевича, сделал вид, что они не знакомы.

Рассказчик никак не мог понять, хорошо или дурно то, что он видел: «Если это делалось с такой уверенностью и признавалось всеми необходимым, стало быть, они знали что-то такое, чего я не знал». Но так и не узнав этого, он не мог поступить ни на военную, ни на какую бы ни было другую службу.

С тех пор каждый раз при виде хорошенького личика Вареньки ему вспоминалось то утро, и «любовь так и сошла на нет».

Действие повести происходит в 1833 г. в Москве, Главному герою — Володе — шестнадцать лет, он живёт с родителями на даче и готовится к поступлению в университет. Вскоре в бедный флигель по соседству въезжает семья княгини Засекиной. Володя случайно видит княжну и очень хочет с ней познакомиться. На следующий день его мать получает от княгини Засекиной безграмотное письмо с просьбой оказать ей покровительство. Матушка посылает к княгине Володю с устным приглашением пожаловать к ней в дом.

Там Володя знакомится с княжной — Зинаидой Александровной, которая старше его на пять лет. Княжна тут же зовёт его к себе в комнату распутывать шерсть, кокетничает с ним, но быстро теряет к нему интерес. В тот же день княгиня Засекина наносит визит его матери и производит на неё крайне неблагоприятное впечатление. Однако, несмотря на это, мать приглашает её вместе с дочерью на обед.

Во время обеда княгиня шумно нюхает табак, ёрзает на стуле, вертится, жалуется на бедность и рассказывает про свои бесконечные векселя, а княжна, напротив, величава — весь обед разговаривает с Володиным отцом по-французски, но смотрит на него враждебно. На Володю она не обращает внимания, однако, уходя, шепчет ему, чтобы он приходил к ним вечером.

Явившись к Засекиным, Володя знакомится с поклонниками княжны: доктором Лушиным, поэтом Майдановым, графом Малевским, отставным капитаном Нирмацким и гусаром Беловзоровым. Вечер проходит бурно и весело. Володя чувствует себя счастливым: ему выпадает жребий поцеловать Зинаиде ручку, весь вечер Зинаида не отпускает его от себя и оказывает ему предпочтение перед другими. На следующий день отец выспрашивает его про Засекиных, затем сам идёт к ним. После обеда Володя отправляется в гости к Зинаиде, но она к нему не выходит. С этого дня начинаются Володины мучения.

В отсутствие Зинаиды он изнывает, но и в её присутствии ему не становится легче, он ревнует, обижается, но не может без неё жить. Зинаида без труда догадывается, что он в неё влюблён. В дом Володиных родителей Зинаида ходит редко: матушке она не нравится, отец с ней говорит мало, но как-то особенно умно и значительно.

Неожиданно Зинаида сильно меняется. Она уходит гулять одна и гуляет долго, иногда гостям не показывается вовсе: часами сидит у себя в комнате. Володя догадывается, что она влюблена, но не понимает — в кого.

Как-то раз Володя сидит на стене полуразвалившейся оранжереи. Внизу на дороге появляется Зинаида. Увидев его, она приказывает ему спрыгнуть на дорогу, если он действительно любит её. Володя немедленно прыгает и на мгновение лишается чувств. Встревоженная Зинаида хлопочет вокруг него и вдруг начинает его целовать, однако, догадавшись, что он пришёл в себя, встаёт и, запретив ему следовать за собой, удаляется. Володя счастлив, но на следующий день, когда он встречается с Зинаидой, она держится очень просто, словно ничего не произошло.

Однажды они встречаются в саду: Володя хочет пройти мимо, но Зинаида сама останавливает его. Она мила, тиха и любезна с ним, предлагает ему быть её другом и жалует звание своего пажа. Между Володей и графом Малевским происходит разговор, в котором Малевский говорит, что пажи должны все знать о своих королевах и следовать за ними неотступно и днём, и ночью. Неизвестно, придавал ли Малевский особенное значение тому, что говорил, но Володя решает ночью идти в сад караулить, взяв с собою английский ножик.

В саду он видит своего отца, очень пугается, теряет ножик и сразу возвращается домой. На следующий день Володя пытается поговорить обо всем с Зинаидой, но к ней приезжает двенадцатилетний брат-кадет, и Зинаида поручает Володе его развлекать. Вечером этого же дня Зинаида, отыскав Володю в саду, неосторожно спрашивает его, почему он так печален. Володя плачет и укоряет её в том, что она им играет. Зинаида просит прощения, утешает его, и через четверть часа он уже бегает с Зинаидой и кадетом взапуски и смеётся.

Неделю Володя продолжает общаться с Зинаидой, отгоняя от себя все мысли и воспоминания. Наконец, вернувшись однажды к обеду, он узнает, что между отцом и матерью произошла сцена, что мать упрекала отца в связи с Зинаидой и что узнала она об этом из анонимного письма. На следующий день матушка объявляет, что переезжает в город. Перед отъездом Володя решает проститься с Зинаидой и говорит ей, что будет любить и обожать её до конца дней.

Володя ещё раз случайно видит Зинаиду. Они с отцом едут на верховую прогулку, и вдруг отец, спешившись и отдав ему поводья своего коня, исчезает в переулке. Спустя некоторое время Володя идёт за ним вслед и видит, что он через окно разговаривает с Зинаидой. Отец на чем-то настаивает, Зинаида не соглашается, наконец она протягивает ему руку, и тут отец поднимает хлыст и резко бьёт её по обнажённой руке. Зинаида вздрагивает и, молча поднеся руку к губам, целует рубец. Володя бежит прочь.

Некоторое время спустя Володя с родителями переезжает в Петербург, поступает в университет, а через полгода отец его умирает от удара, за несколько дней до смерти получив письмо из Москвы, чрезвычайно его взволновавшее. После его смерти жена посылает в Москву довольно значительную сумму денег.

Четыре года спустя Володя встречает в театре Майданова, который рассказывает ему, что Зинаида сейчас в Петербурге, она счастливо вышла замуж и собирается за границу. Хотя, добавляет Майданов, после той истории ей нелегко было составить себе партию; были последствия… но с её умом все возможно. Майданов даёт Володе адрес Зинаиды, но тот едет к ней только через несколько недель и узнает, что она четыре дня назад внезапно умерла от родов.

Н. Н., немолодой светский человек, вспоминает историю, которая приключилась, когда ему было лет двадцать пять. Н. Н. тогда путешествовал без цели и без плана и на пути своем остановился в тихом немецком городке N. Однажды Н. Н., придя на студенческую вечеринку, познакомился в толпе с двумя русскими — молодым художником, назвавшимся Гагиным, и его сестрой Анной, которую Гагин называл Асей. Н. Н. избегал русских за границей, но новый знакомый ему понравился сразу.

Гагин пригласил Н. Н. к себе домой, на квартиру, в которой они с сестрою остановились. Н. Н. был очарован своими новыми друзьями. Ася сначала дичилась Н. Н., но скоро уже сама заговаривала с ним. Наступил вечер, пришла пора ехать домой. Уезжая от Гагиных, Н. Н. почувствовал себя счастливым.

Прошло много дней. Шалости Аси были разнообразны, каждый день она представлялась новой, другой — то благовос­питанной барышней, то шаловливым ребенком, то простенькой девочкой. Н. Н. регулярно навещал Гагиных. Какое-то время спустя Ася перестала шалить, выглядела огорченной, избегала Н. Н. Гагин обращался с ней ласково-снисходительно, а в Н. Н. крепло подозрение, что Гагин — не брат Аси. Странный случай подтвердил его подозрения. Однажды Н. Н. случайно подслушал разговор Гагиных, в котором Ася говорила Гагину, что любит его и никого другого не хочет любить. Н. Н. было очень горько.

Несколько следующих дней Н. Н. провел на природе, избегая Гагиных. Но через несколько дней он нашел дома записку от Гагина, который просил его прийти. Гагин встретил Н. Н. по-приятельски, но Ася, увидев гостя, расхохоталась и убежала. Тогда Гагин рассказал другу историю своей сестры.

Родители Гагина жили в своей деревне. После смерти матери Гагина его отец воспитывал сына сам. Но однажды приехал дядя Гагина, который решил, что мальчик должен учиться в Петербурге. Отец противился, но уступил, и Гагин поступил в школу, а затем в гвардейский полк. Гагин часто приезжал и однажды, уже лет в двадцать, увидел в своем доме маленькую девочку Асю, но не обратил на нее никакого внимания, услышав от отца, что она сирота и взята им «на прокормление».

Гагин долго не был у отца и лишь получал от него письма, как вдруг однажды пришло известие о его смертельной болезни. Гагин приехал и застал отца умирающим. Тот завещал сыну заботиться о своей дочери, сестре Гагина — Асе. Скоро отец умер, а слуга рассказал Гагину, что Ася — дочь отца Гагина и горничной Татьяны. Отец Гагина очень привязался к Татьяне и даже хотел на ней жениться, но Татьяна не считала себя барыней и жила у своей сестры вместе с Асей.

Когда Асе было девять лет, она лишилась матери. Отец взял её в дом и воспитывал сам. Она стыдилась своего происхождения и поначалу боялась Гагина, но потом его полюбила. Тот тоже к ней привязался, привез её в Петербург и, как ему ни было горько это делать, отдал в пансион. Там у нее не было подруг, барышни её не любили, но теперь ей семнадцать, она закончила учиться, и они вместе поехали за границу. И вот… она шалит и дурачится по-прежнему…

После рассказа Гагина Н. Н. стало легко. Ася, встретившая их в комнате, внезапно попросила Гагина сыграть им вальс, и Н. Н. и Ася долго танцевали. Ася вальсировала прекрасно, и Н. Н. долго потом вспоминал этот танец.

Весь следующий день Гагин, Н. Н. и Ася были вместе и веселились, как дети, но через день Ася была бледна, она сказала, что думает о своей смерти. Все, кроме Гагина, были грустны.

Однажды Н. Н. принесли записку от Аси, в которой она просила его прийти. Скоро к Н. Н. пришел Гагин и сказал, что Ася влюблена в Н. Н. Вчера весь вечер её била лихорадка, она ничего не ела, плакала и призналась, что любит Н. Н. Она желает уехать…

Н. Н. рассказал другу о записке, которую прислала ему Ася. Гагин понимал, что его друг не женится на Асе, поэтому они договорились, что Н. Н. честно с ней объяснится, а Гагин будет сидеть дома и не подавать виду, что знает о записке.

Гагин ушел, а у Н. Н. голова шла кругом. Другая записка известила Н. Н. о перемене места их с Асей встречи. Придя в назначенное место, он увидел хозяйку, фрау Луизе, которая и провела его в комнату, где ожидала Ася.

Ася дрожала. Н. Н. обнял её, но тут же вспомнил о Гагине и стал обвинять Асю в том, что она все рассказала брату. Ася слушала его речи и вдруг зарыдала. Н. Н. растерялся, а она бросилась к двери и исчезла.

Н. Н. метался по городу в поисках Аси. Его грызла досада на себя. Подумав, он направился к дому Гагиных. Навстречу ему вышел Гагин, обеспокоенный тем, что Аси все нет. Н. Н. искал Асю по всему городу, он сто раз повторял, что любит её, но нигде не мог её найти. Однако, подойдя к дому Гагиных, он увидел свет в Асиной комнате и успокоился. Он принял твердое решение — завтра идти и просить Асиной руки. Н. Н. был снова счастлив.

На другой день Н. Н. увидел у дома служанку, которая сказала, что хозяева уехали, и передала ему записку Гагина, где тот писал, что убежден в необходимости разлуки. Когда Н. Н. шел мимо дома фрау Луизе, она передала ему записку от Аси, где та писала, что если бы Н. Н. сказал одно слово — она бы осталась. Но, видно, так лучше…

Н. Н. всюду искал Гагиных, но не нашел. Он знал многих женщин, но чувство, разбуженное в нем Асей, не повторилось больше никогда. Тоска по ней осталась у Н. Н. на всю жизнь.

Надворный советник Подколесин, лёжа на диване с трубкою и размышляя, что не мешало бы все же жениться, призывает слугу Степана, коего расспрашивает как о том, не заходила ли сваха, так и о посещении им портного, о качестве пущенного на фрак сукна и не спрашивал ли портной, для чего барину фрак такого тонкого сукна и не хочет ли, дескать, барин жениться. Перейдя затем к ваксе и обсудив ее столь же детально, Подколесин сокрушается, что женитьба такая хлопотливая вещь. Появляется сваха Фекла Ивановна и рассказывает о невесте Агафье Тихоновне, купеческой дочери, ее внешности («как рафинад!»), ее нежелании выходить за купца, а только за дворянина («такой великатес»).

Удовлетворённый Подколесин велит свахе прийти послезавтра («я полежу, а ты расскажешь»), она упрекает его в лености и говорит, что скоро он уж будет негоден для женитьбы. Вбегает друг его Кочкарев, бранит Феклу за то, что та его женила, но, поняв, что и Подколесин думает жениться, принимает в этом самое живое участие. Выспросив у свахи, где живёт невеста, он выпроваживает Феклу, собираясь женить Подколесина сам.

Он живописует не уверенному ещё другу прелести семейной жизни и уж было убеждает его, но Подколесин вновь задумывается о странности того, что «все был неженатый, а теперь вдруг женатый». Кочкарев объясняет, что сейчас Подколесин просто бревно и никакого значения не имеет, а то будут вокруг него «этакие маленькие канальчонки», и все на него похожи. Уж совсем собравшись ехать, Подколесин говорит, что лучше завтра. С бранью Кочкарев его увозит.

Агафья Тихоновна с тёткою, Ариной Пантелеймоновной, гадает на картах, та поминает покойного батюшку Агафьи, его величие и солидность, и тем пытается склонить внимание племянницы к торговцу «по суконной линии» Алексею Дмитриевичу Старикову. Но Агафья упрямится: он и купец, и борода у него растёт, и дворянин завсегда лучше. Приходит Фекла, сетует на хлопотность своего дела: все дома исходила, по канцеляриям истаскалась, зато женихов сыскала человек шесть. Она описывает женихов, но недовольная тётка вздорит с Феклою о том, кто лучше — купец или дворянин.

В двери звонят. В страшном смятении все разбегаются, Дуняша бежит открывать. Вошедший Иван Павлович Яичница, экзекутор, перечитывает роспись приданого и сличает с тем, что в доступности. Появляется Никанор Иванович Анучкин, субтильный и «великатный», ищущий в невесте знания французского языка. Взаимно скрывая истинную причину своего появления, оба жениха ожидают дальше.

Приходит Балтазар Балтазарович Жевакин, отставной лейтенант морской службы, с порога поминает Сицилию, чем и образует общий разговор. Анучкин интересуется образованием сицилианок и потрясён заявлением Жевакина, что все поголовно, включая и мужиков, говорят на французском языке. Яичница любопытствует комплекцией тамошних мужиков и их привычками. Рассуждения о странностях некоторых фамилий прерывается появлением Кочкарева и Подколесина. Кочкарев, желающий немедля оценить невесту, припадает к замочной скважине, вызывая ужас Феклы.

Невеста в сопровождении тётки выходит, женихи представляются, Кочкарев рекомендуется родственником несколько туманного свойства, а Подколесина выставляет едва ли не управляющим департаментом. Появляется и Стариков. Общий разговор о погоде, сбитый прямым вопросом Яичницы о том, в какой службе желала бы видеть Агафья Тихоновна мужа, прерывается смущённым бегством невесты.

Женихи, полагая прийти вечером «на чашку чая» и обсуждая, не велик ли у невесты нос, расходятся. Подколесин, решив уж, что и нос великоват, и по-французски вряд ли она знает, говорит приятелю, что невеста ему не нравится. Кочкарев без труда убеждает его в несравненных достоинствах невесты и, взяв слово, что Подколесин не отступится, берётся остальных женихов спровадить.

Агафья Тихоновна не может решить, которого из женихов ей выбрать («Если бы губы Никанора Ивановича да приставить к носу Ивана Кузьмича…»), и хочет кинуть жребий. Появляется Кочкарев, убеждая взять Подколесина, и решительно только его, потому что он чудо человек, а остальные все дрянь. Объяснив, как отказать женихам (сказав, что не расположена ещё замуж, или уж просто: пошли вон, дураки), Кочкарев убегает за Подколесиным. Приходит Яичница, требуя прямого ответа: да или нет. Жевакин и Анучкин являются следом. Растерянная Агафья Тихоновна выпаливает «пошли вон» и, устрашённая видом Яичницы («Ух, прибьёт!..»), убегает.

Входит Кочкарев, оставивший Подколесина в прихожей поправить стремёшку, объясняет опешившим женихам, что невеста дура, приданого за ней почти нет и по-французски она ни бельмеса. Женихи распекают Феклу и уходят, оставив Жевакина, не раздумавшего жениться. Кочкарев отсылает и его, посулив своё участие и несомненную удачу в сватовстве. Смущённой же невесте Кочкарев аттестует Жевакина дураком и пьяницей. Жевакин подслушивал и изумлён странным поведением своего заступника. Агафья Тихоновна не желает с ним говорить, множа его недоумения: семнадцатая невеста отказывает, а почему?

Кочкарев приводит Подколесина и принуждает его, оставшись с невестою наедине, открыть ей сердце. Беседа о приятностях катания в лодке, желательности хорошего лета и близости екатеринингофского гуляния оканчивается ничем: Подколесин откланивается. Однако он возвращён Кочкаревым, уже заказавшим ужин, сговорившимся о поездке в церковь через час и умоляющим приятеля жениться, не откладывая. Но Подколесин уходит. Наградив приятеля множеством нелестных прозвищ, Кочкарев поспешает его вернуть. Агафья Тихоновна в размышлении, что и двадцати семи лет не провела в девках, ожидает жениха. Водворённый в комнату пинком Подколесин не может приступиться к делу, и наконец сам Кочкарев просит за него руки Агафьи Тихоновны.

Все устраивается, и невеста спешит одеться. Подколесин, уж довольный и благодарный, остаётся один, поскольку Кочкарев отлучается взглянуть, готов ли стол (шляпу Подколесина, впрочем, он благоразумно прибирает), и размышляет, что он был до сих пор и понимал ли значение жизни. Он удивлён, что множество людей живёт в такой слепоте, и, доведись ему быть государем, он повелел бы всем жениться. Мысль о непоправимости того, что сейчас произойдёт, несколько смущает, а затем и страшит его не на шутку. Он решается бежать, пусть бы и через окно, коли нельзя в дверь, пусть и без шляпы, раз ее нет, — выскакивает в окно и уезжает на извозчике.

Агафья Тихоновна, Фекла, Арина Пантелеймоновна и Кочкарев, появляясь один за другим, в недоумении, кое разрешается призванной Дуняшкой, видевшей весь пассаж. Арина Пантелеймоновна осыпает бранью Кочкарева («Да вы после этого подлец, коли вы честный человек!»), он убегает за женихом, но Фекла почитает дело пропащим: «коли жених да шмыгнул в окно — уж тут, просто моё почтение!»

20 февраля 1598 г. Уже месяц, как Борис Годунов затворился вместе со своей сестрой в монастыре, покинув «все мирское» и отказываясь принять московский престол. Народ объясняет отказ Годунова венчаться на царство в нужном для Бориса духе: «Его страшит сияние престола». Игру Годунова прекрасно понимает «лукавый царедворец» боярин Шуйский, прозорливо угадывая дальнейшее развитие событий:

Народ ещё повоет да поплачет,
Борис ещё поморщится немного, ‹…›
И наконец по милости своей
Принять венец смиренно согласится…

Иначе «понапрасну лилася кровь царевича-младенца», в смерти которого Шуйский напрямую обвиняет Бориса.

События развиваются так, как предсказывал Шуйский. Народ, «что волны, рядом ряд», падает на колени и с «воем» и «плачем» умоляет Бориса стать царём. Борис колеблется, затем, прерывая своё монастырское затворничество, принимает «власть Великую (как он говорит в своей тронной речи) со страхом и смиреньем».

Прошло четыре года. Ночь. В келье Чудова монастыря отец Пимен готовится завершить летопись «последним сказанием». Пробуждается молодой инок Григорий, спавший тут же, в келье Пимена. Он сетует на монашескую жизнь, которую ему приходится вести с отроческих лет, и завидует весёлой «младости» Пимена:

Ты рать Литвы при Шуйском отражал,
Ты видел двор и роскошь Иоанна!
Счастлив!

Увещевая молодого монаха («Я долго жил и многим насладился; / Но с той поры лишь ведаю блаженство, / Как в монастырь Господь меня привёл»), Пимен приводит в пример царей Иоанна и Феодора, искавших успокоение «в подобии монашеских трудов». Григорий расспрашивает Пимена о смерти Димитрия-царевича, ровесника молодого инока, — в то время Пимен был на послушании в Угличе, где Бог его и привёл видеть «злое дело», «кровавый грех». Как «страшное, невиданное горе» воспринимает старик избрание цареубийцы на престол. «Сей повестью печальной» он собирается завершить свою летопись и передать дальнейшее её ведение Григорию.

Григорий бежит из монастыря, объявив, что будет «царём на Москве». Об этом докладывает игумен Чудова монастыря патриарху.

Патриарх отдаёт приказ поймать беглеца и сослать его в Соловецкий монастырь на вечное поселение.

Царские палаты. Входит царь после «любимой беседы» с колдуном. Он угрюм. Шестой год он царствует «спокойно», но обладание московским престолом не сделало его счастливым. А ведь помыслы и деяния Годунова были высоки:

Я думал свой народ
В довольствии, во славе успокоить, ‹…›
Я отворил им житницы, я злато
Рассыпал им ‹…›
Я выстроил им новые жилища…

Тем сильнее постигшее его разочарование: «Ни власть, ни жизнь меня не веселят ‹…›, Мне счастья нет». И все же источник тяжёлого душевного кризиса царя кроется не только в осознании им бесплодности всех его трудов, но и в муках нечистой совести («Да, жалок тот, в ком совесть нечиста»).

Корчма на литовской границе. Григорий Отрепьев, одетый в мирское платье, сидит за столом с бродягами-чернецами Мисаилом и Варламом. Он выведывает у хозяйки дорогу на Литву. Входят приставы. Они ищут Отрепьева, в руках у них царский указ с его приметами. Григорий вызывается прочесть указ и, читая его, подменяет свои приметы приметами Мисаила. Когда обман раскрывается, он ловко ускользает из рук растерявшейся стражи.

Дом Василия Шуйского. Среди гостей Шуйского Афанасий Пушкин. У него новость из Кракова от племянника Гаврилы Пушкина, которой он после ухода гостей делится с хозяином: при дворе польского короля появился Димитрий, «державный отрок, По манию Бориса убиенный…». Димитрий «умён, приветлив, ловок, по нраву всем», король его приблизил к себе и, «говорят, помогу обещал». Для Шуйского эта новость «весть важная! и если до народа Она дойдёт, то быть грозе великой».

Царские палаты. Борис узнает от Шуйского о самозванце, появившемся в Кракове, и «что король и паны за него». Услышав, что самозванец выдаёт себя за царевича Димитрия, Годунов начинает в волнении расспрашивать Шуйского, исследовавшего это дело в Угличе тринадцать лет назад. Успокаивая Бориса, Шуйский подтверждает, что видел убитого царевича, но между прочим упоминает и о нетленности его тела — три дня труп Димитрия Шуйский «в соборе посещал ‹…›, Но детский лик царевича был ясен, / И свеж, и тих, как будто усыплённый».

Краков. В доме Вишневецкого Григорий (теперь он — Самозванец) обольщает своих будущих сторонников, обещая каждому из них то, что тот ждёт от Самозванца: иезуиту Черниковскому даёт обещание подчинить Русь Ватикану, беглым казакам сулит вольность, опальным слугам Бориса — возмездие.

В замке воеводы Мнишка в Самборе, где Самозванец останавливается на три дня, он попадает «в сети» его прелестной дочери Марины. Влюбившись, он признается ей в самозванстве, так как не желает «делиться с мертвецом любовницей». Но Марина не нуждается в любви беглого монаха, все её помыслы направлены к московскому трону. Оценив «дерзостный обман» Самозванца, она оскорбляет его до тех пор, пока в нем не просыпается чувство собственного достоинства и он не даёт ей гордую отповедь, называя себя Димитрием.

16 октября 1604 г. Самозванец с полками приближается к литовской границе. Его терзает мысль, что он врагов «позвал на Русь», но тут же находит себе оправдание: «Но пусть мой грех падёт не на меня — А на тебя, Борис-цареубийца!»

На заседании царской думы речь идёт о том, что Самозванец уже осадил Чернигов. Царь отдаёт Щелкалову приказ разослать «во все концы указы к воеводам», чтобы «людей ‹…› на службу высылали». Но самое опасное — слух о Самозванце вызвал «тревогу и сомненье», «на площадях мятежный бродит шёпот». Шуйский вызывается самолично успокоить народ, раскрыв «злой обман бродяги».

21 декабря 1604 г. войско Самозванца одерживает победу над русским войском под Новгород-Северским.

Площадь перед собором в Москве. В соборе только что закончилась обедня, где была провозглашена анафема Григорию, а теперь поют «вечную память» царевичу Димитрию. На площади толпится народ, у собора сидит юродивый Николка. Мальчишки его дразнят и отбирают копеечку. Из собора выходит царь. К нему обращается Николка со словами: «Николку маленькие дети обижают ‹…› Вели их зарезать, как зарезал ты маленького царевича». А потом, в ответ на просьбу царя молиться за него, бросает ему вслед: «Нет, нет! нельзя молиться за царя Ирода — Богородица не велит».

У Севска войско Лжедимитрия «начисто» разбито, но катастрофический разгром отнюдь не ввергает Самозванца в отчаянье. «Хранит его, конечно, провиденье», — подытоживает соратник Самозванца Гаврила Пушкин.

Но эта победа русских войск «тщетная». «Он вновь собрал рассеянное войско, — говорит Борис Басманову, — И нам со стен Путивля угрожает». Недовольный боярами, Борис хочет воеводой поставить неродовитого, но умного и талантливого Басманова. Но через несколько минут после разговора с Басмановым царь «занемог», «На троне он сидел и вдруг упал — / Кровь хлынула из уст и из ушей».

Умирающий Борис просит его оставить наедине с царевичем. Горячо любя сына и благословляя его на царствование, Борис стремится всю полноту ответственности за содеянное взять на себя: «Ты царствовать теперь по праву станешь. Я, я за все один отвечу Богу…»

После напутствия царя сыну входят патриарх, бояре, царица с царевной. Годунов берет крестную клятву с Басманова и бояр служить Феодору «усердием и правдой», после чего над умирающим совершается обряд пострижения.

Ставка. Басманов, высоко вознесённый Феодором (он «начальствует над войском»), беседует с Гаврилой Пушкиным. Тот предлагает Басманову от имени Димитрия «дружбу» и «первый сан по нем в Московском царстве», если воевода подаст «пример благоразумный Димитрия царём провозгласить». Мысль о возможном предательстве ужасает Басманова, и тем не менее он начинает колебаться после слов Пушкина: «Но знаешь ли, чем мы сильны, Басманов? Не войском, нет, не польскою помогой, А мнением; да! мнением народным».

Москва. Пушкин на Лобном месте обращается к «московским гражданам» от царевича Димитрия, которому «Россия покорилась», и «Басманов сам с раскаяньем усердным Свои полки привёл ему к присяге». Он призывает народ целовать крест «законному владыке», бить «челом отцу и государю». После него на амвон поднимается мужик, бросая в толпу клич: «Народ, народ! в Кремль! в царские палаты! / Ступай! вязать Борисова щенка!» Народ, поддерживая клич, «несётся толпою» со словами: «Вязать! Топить! Да здравствует Димитрий! / Да гибнет род Бориса Годунова!»

Кремль. Дом Бориса взят под стражу. У окна дети Бориса — Феодор и Ксения. Из толпы слышатся реплики, в которых сквозит жалость к детям царя: «бедные дети, что пташки в клетке», «отец был злодей, а детки невинны». Тем сильнее нравственное потрясение людей, когда после шума, драки, женского визга в доме на крыльце появляется боярин Мосальский с сообщением: «Народ! Мария Годунова и сын её Феодор отравили себя ядом. Мы видели их мёртвые трупы. (Народ в ужасе молчит.) Что ж вы молчите? кричите: да здравствует царь Димитрий Иванович! Народ безмолвствует».

«Однажды играли в карты у конногвардейца Нарумова». После игры Томский рассказал удивительную историю своей бабушки, которая знает тайну трёх карт, якобы открытую ей знаменитым Сен-Жерменом, непременно выигрывающих, если поставить на них подряд. Обсудив этот рассказ, игравшие разъехались по домам. Эта история показалась неправдоподобной всем, включая и Германна, молодого офицера, который никогда не играл, но, не отрываясь, до самого утра следил за игрой.

Бабушка Томского, старая графиня, сидит в своей уборной, окружённая служанками. Здесь же за пяльцами и её воспитанница. Входит Томский, он заводит светскую беседу с графиней, но быстро удаляется. Лизавета Ивановна, воспитанница графини, оставшись одна, смотрит в окно и видит молодого офицера, появление которого вызывает у неё румянец. От этого занятия её отвлекает графиня, отдающая самые противоречивые приказания и при этом требующая их немедленного исполнения. Жизнь Лизаньки в доме своенравной и эгоистичной старухи несносна. Она виновата буквально во всем, что раздражает графиню.

Бесконечные придирки и капризы раздражали самолюбивую девушку, которая с нетерпением ожидала своего избавителя. Вот почему появление молодого офицера, которого она видела уже несколько дней подряд стоящим на улице и смотревшим на её окошко, заставило её раскраснеться. Этим молодым человеком был не кто иной, как Германн. Он был человеком с сильными страстями и огненным воображением, которого только твёрдость характера спасала от заблуждений молодости. Анекдот Томского распалил его воображение, и он захотел узнать тайну трёх карт. Это желание стало навязчивой идеей, невольно приведшей его к дому старой графини, в одном из окон которого он заметил Лизавету Ивановну. Эта минута и стала роковой.

Германн начинает оказывать знаки внимания Лизе, чтобы проникнуть в дом графини. Он тайком передаёт ей письмо с объяснением в любви. Лиза отвечает. Германн в новом письме требует свидания. Он пишет к Лизавете Ивановне каждый день и наконец добивается своего: Лиза назначает ему свидание в доме на то время, когда её хозяйка будет на балу, и объясняет, как незамеченным проникнуть в дом.

Едва дождавшись назначенного времени, Германн проникает в дом и пробирается в кабинет графини. Дождавшись возвращения графини, Германн проходит к ней в спальню. Он начинает умолять графиню открыть ему секрет трёх карт; видя сопротивление старухи, он начинает требовать, переходит к угрозам и наконец достаёт пистолет. Увидев пистолет, старуха падает в страхе с кресел и умирает.

Воротившаяся вместе с графиней с бала Лизавета Ивановна боится встретить в своей комнате Германна и даже испытывает некоторое облегчение, когда в ней никого не оказывается. Она предаётся размышлениям, как внезапно входит Германн и сообщает о смерти старухи. Лиза узнает, что не её любовь — цель Германна и что она стала невольной виновницей гибели графини. Раскаяние терзает её. На рассвете Германн покидает дом графини.

Через три дня Германн присутствует на отпевании графини. При прощании с покойной ему показалось, что старуха насмешливо взглянула на него. В расстроенных чувствах проводит он день, пьёт много вина и дома крепко засыпает. Проснувшись поздней ночью, он слышит, как кто-то входит к нему, и узнает старую графиню. Она открывает ему тайну трёх карт, тройки, семёрки и туза, и требует, чтобы он женился на Лизавете Ивановне, после чего исчезает.

Тройка, семёрка и туз преследовали воображение Германна. Не в силах противиться искушению, он отправляется в компанию известного игрока Чекалинского и ставит огромную сумму на тройку. Его карта выигрывает. На другой день он поставил на семёрку, и вновь выигрыш его. В следующий вечер Германн вновь стоит у стола. Он поставил карту, но вместо ожидаемого туза в руке его оказалась пиковая дама. Ему кажется, что дама прищурилась и усмехнулась… Изображение на карте поражает его своим сходством со старой графиней.

Германн сошёл с ума. Лизавета Ивановна вышла замуж.

«Богат и славен Кочубей, / Его луга необозримы», он владеет многими сокровищами, но главное богатство Кочубея — его дочь Мария, равной которой нет во всей Полтаве. Не одной красотой славится Мария, но всем известен ее кроткий нрав. Множество женихов сватается к ней, но сердце Марии неприступно. И вот сам гетман Мазепа шлёт за ней сватов. Гетман уже стар, но в нем кипят чувства, не переменчивые чувства молодости, а ровный жар, который не остывает до самой смерти.

Родители Марии в негодовании, они возмущены поведением старца, ведь Мария — крестница гетмана. Мать Марии говорит, что Мазепа нечестивец, что о замужестве не может быть и речи. Слыша это все, Мария падает без чувств. Два дня Мария не может прийти в себя, а на третий день исчезает. Никто не заметил, как она скрылась, лишь один рыбак слышал ночью конский топот, а утром «след осьми подков / Был виден на росе лугов».

Скоро до Кочубея дошла страшная весть о том, что его дочь бежала к Мазепе. Лишь сейчас поняли старики причину душевного смятения своей дочери. И Кочубей замыслил план мести гетману.

«Была та смутная пора, / Когда Россия молодая, / В бореньях силы напрягая, / Мужала с гением Петра». В борьбе со шведским королём Карлом XII Русь окрепла. Украина волновалась, много находилось сторонников древней вольности, которые требовали от гетмана, чтобы он разорвал договор с Россией и сделался союзником Карла, но Мазепа «молве, казалось, не внимал» и «оставался / Послушным подданным Петра».

Молодёжь роптала на гетмана, мечтая, объединившись с Карлом, «грянуть <…> войною / На ненавистную Москву!». Но никто не ведал тайных планов коварного и мстительного Мазепы. Давно он вынашивает план измены, никому не открывая его, но тайные его помыслы постиг оскорблённый Кочубей и задумал отомстить за оскорбление дома, открыв Петру планы изменника. Когда-то Кочубей с Мазепой были друзьями и поверяли друг другу свои чувства, тогда приоткрывал свои замыслы Мазепа, но теперь между ними обида, которую простить не может Кочубей. Дух мести поддерживает в нем и жена. Теперь нужен только надёжный человек, готовый, не робея, положить к ногам Петра донос Кочубея на гетмана.

Такой человек нашёлся среди полтавских казаков, когда-то отвергнутый Марией, но по-прежнему любящий ее даже в ее позоре и ненавидящий ее соблазнителя. Он отправляется в путь с зашитым в шапке доносом Кочубея на изменника-гетмана. Мазепа же, не подозревающий о страшной опасности, плетёт политическую интригу, ведя переговоры с посланником иезуитов, возмущая казаков на Дону, поднимая против Москвы Крым, Польшу и Турцию. И вот посреди этих коварных забот русские вельможи переслали ему донос на него, писанный в Полтаве и оставленный Петром без внимания. Оправдываясь перед Петром и убеждая его в своей верности, Мазепа требует казни доносчиков, казни отца своей возлюбленной, «…но дочери любовь главы отцовской не искупит». Мария же самозабвенно любит Мазепу и презирает молву. Лишь иногда ею овладевает печаль при мысли о родителях. Но она не знает ещё того, что знает уже вся Украина, страшная тайна от неё скрыта.

Мазепа мрачен, и «ум его / Смущён жестокими мечтами». Даже ласки Марии не в состоянии развеять его страшные мысли, он остаётся холоден к ним. Оскорблённая Мария укоряет его, говоря, что ради него сгубила собственное счастье, опозорила себя. Мазепа пытается успокоить Марию словами любви, но она обвиняет его в хитрости и притворстве. Она даже ревнует его к некой Дульской. Мария хочет знать причину Мазепиной холодности. И Мазепа открывает ей свои замыслы восстания Украины против владычества Москвы. Мария в восторге и жаждет видеть возлюбленного с царским венцом на голове. Она сохранит ему верность и в несчастье и даже пойдёт с ним на плаху. И Мазепа подвергает Марию страшному испытанию: он спрашивает, кто ей дороже — отец или супруг? Он старается принудить ее к однозначному ответу, ставит ее перед ужасным выбором: чью гибель она предпочтёт, если ей будет суждено выбирать, кого отправить на казнь. И желанный ответ получен.

«Тиха украинская ночь». В старом замке в Белой Церкви сидит в башне окованный Кочубей и ждёт казни, которой не боится — его гнетёт позор, потеря чести. Он отдан царём на поругание врагу, не имея возможности никому завещать свою месть обидчику. Открывается дверь его темницы, и входит кровожадный Орлик. Мазепе известно, что Кочубей спрятал сокровища, и Орлик пришёл узнать, где они таятся. Кочубей отвечает, что его сокровищами были его честь, честь дочери, но эти сокровища отняты пыткой и Мазепой, а третий клад — святую месть — он готовится снести Богу, Орлик допытывается, где спрятаны деньги, но безуспешно, и Кочубея отдают в руки палачу.

Мария, ласкаемая Мазепой, ещё не знает об ужасной судьбе отца, и Мазепа содрогается от мысли, что будет с ней, когда все откроется. Он раскаивается, что прельстил ее, что попытался впрячь в одну телегу «коня и трепетную лань». Оставя сидящую в неведенье Марию, мучимый сомнениями, Мазепа выходит из дворца.

На рассвете в покой, где спала Мария, прокралась ее мать и открыла дочери страшную весть. Мать не может поверить, что дочери ничего не известно, она просит Марию пасть к ногам Мазепы и умолить его пощадить отца. Не в силах перенести душевные муки, Мария лишается чувств.

На месте казни собралась огромная толпа. На телеге привезли осуждённых Кочубея и Искру. Мученики всходят на плаху, палач рубит им головы и, держа за чубы, показывает толпе. Когда место казни уже опустело, прибегают две женщины, но, увы, они опоздали.

Вернувшись домой после ужасной казни, Мазепа находит светлицу Марии пустой. Он отправляет казаков на поиски, но все тщетно: никто нигде не видал Марию.

Душевная печаль не мешает гетману осуществлять свои политические замыслы. Продолжая сношения со шведским королём, Мазепа притворяется смертельно больным, но проворно встаёт со смертного одра, когда Карл переносит военные действия на Украину. Теперь Мазепа ведёт полки против Петра. Петр сам ведёт дружины к Полтаве, и вот две армии стали друг против друга, готовые к утреннему сражению. Ночью перед сражением Мазепа беседует с Орликом и говорит о своём разочаровании в Карле, который не кажется ему государственным мужем, могущим тягаться с самодержавным великаном. Орлик отвечает, что ещё не поздно перейти на сторону Петра, но Мазепа отвергает это предложение и открывает причину своей ненависти к русскому царю. Когда-то на пиру в ответ на смело сказанное слово Петр схватил Мазепу за усы. За это оскорбление и поклялся отомстить Петру Мазепа.

Утром начинается Полтавское сражение, в котором боевое счастье служит русским войскам. Воодушевлённые появлением Петра, русские полки теснят шведов. Мазепа молча наблюдает за битвой, и вдруг позади него раздаётся выстрел. Это Войнаровский сразил мчавшегося с саблей на Мазепу молодого казака, который, умирая, прошептал имя Марии.

Закончилась битва, пирует в своём шатре Петр «и за учителей своих / Заздравный кубок подымает», но нет среди пирующих Карла и Мазепы. Они скачут верхом, спасаясь от преследования. Внезапно хутор, мимо которого мчатся беглецы, пугает Мазепу: он узнает место, где некогда пировал и откуда вывел тёмной ночью в степь Марию. Беглецы ночуют в степи на берегу Днепра, как вдруг кто-то окликает Мазепу в ночной тиши. Он открывает глаза и видит Марию. Она в рубище, с распущенными волосами, сверкающими впалыми глазами. Мария лишилась рассудка. Она не узнает Мазепу, говорит, что это кто-то другой, и скрывается в ночной темноте. Утром Карл и Мазепа скачут далее.

Минуло сто лет, и лишь Петр остался в истории, но не осталось даже памяти о Мазепе и Марии.

Сказитель начинает «старыми словами» печальную повесть о походе князя Игоря Святославича. Он собирается рассказать всё как было, не беря пример с «вещего Бояна», который «растекался мыслию по древу, серым волком по земле, сизым орлом под облаками» и начинал каждую свою песнь с давних времён, возлагая свои «вещие персты на живые струны».

Сказитель начинает повесть с киевского князя Владимира (Красно Солнышко) и заканчивает князем Игорем, который исполнился ратного духа и повёл свои полки на половцев. Поход начался с мрачного предзна­ме­нования — солнечного затмения. Но ум князя был охвачен страстным желанием отведать воды из Дона Великого. Несмотря на плохую примету, он велел своей верной дружине садиться на боевых коней, дабы посмотреть на синий Дон.

В землю половецкую Игорь отправился не один, а со своим родным братом, могучим Всеволодом Святославичем. Воины Всеволода, «с конца копья вскормленные», уже ждали под Курском начала похода.

На всём пути в половецкие степи Игоря сопровождали плохие знамения. От тьмы посреди дня поднялся «свист звериный», на вершине дерева пробудился злой дух Див, ночи грозами полыхают, а Игорь идёт вперёд.

Уже беду его подстерегают птицы
по дубравам,
волки грозу накликают
по оврагам,
орлы клёкотом зверей на кости зовут,
лисицы брешут на червлёные щиты.
О Русская земля! Уже ты за холмом!

Прибыв на место «спозаранок в пятницу», русичи перегородили «великие поля червлёными щитами» и потоптали «поганые полки половецкие». После взяли богатую добычу — золото, драгоценные камни, «красных девушек половецких», и стали мостить болотные топи тканями, мехами и нарядами половцев.

Пока храброе войско Игоря дремало в поле, к Дону поспешали половецкие ханы Гзак и Кончак. На следующий день взошли «кровавые зори», наползли с моря чёрные тучи с синими молниями, «хотят прикрыть четыре солнца» — четырёх русских князей. Это с Дону Великого идёт гром великий, дождь со стрелами.

Как ветры, внуки Стрибога, пришли половцы, «дети бесовы», и окружили русские полки у реки Каялы. Начался бой. Сказитель воспевает храбрость «ярого тура» Всеволода, который гремел о шлемы половецкие мечами булатными и поливал врагов дождём из стрел. В пылу битвы он забыл о чести, богатстве, Черниговском отчем престоле, жене своей, красавице Глебовне, и не чувствовал боли от ран.

Сказитель с горечью вспоминает походы князя Олега Святославича, деда Игоря, который «мечом крамолу ковал и стрелы по земле сеял». Описываются начатые Олегом княжеские межусобицы, во время которых сын шёл против отца и «сокращались жизнь людские».

При Олеге, которого сказитель называет «Гориславичем», на Русской земле не «пахари покрикивали», а «вороны граяли, трупы меж собой деля», но даже в те времена не слыхали «о такой рати», как битва Игорева. Долго бились русские полки с половцами, гремели сабли о шлемы, трещали копья, земля пол лошадиными копытами «костьми была посеена и кровью полита».

На третий день битвы «пали стяги Игоревы».

Тут разлучились братья на берегу быстрой Каялы;
тут кровавого вина недостало;
тут пир закончили храбрые русичи:
сватов напоили,
а сами полегли за землю Русскую.

После этого поражения пришла обида на землю Русскую и «прогнала времена обилия». Князья перестали сражаться с половцами и начали блюсти свои интересы, принимать малое за великое и «крамолу ковать», а поганые тем временем «приходили с победами на землю Русскую» и дань брали.

Грозный и великий киевский князь Святослав усыпил смуту «грозою своей, прибил своими сильными полками», притоптал землю Половецкую, и пленил хана Кобяка, но его сыновья, Игорь и Всеволод, снова «коварство пробудили раздором». Иностранцы сочувствуют Святославу и обвиняют князя Игоря в том, что он потопил русское богатство в реке Каяле, а сам в плен попал.

Святославу в Киеве приснился «смутный сон», будто обряжали его в чёрный саван, черпали «синее вино, с горем смешанное», и сыпали на грудь крупный жемчуг. Снился ему терем без князька на крыше и карканье серых воронов. Бояре объяснили этот сон тем, что у князя «горе ум полонило» из-за пленения двух его сыновей.

Тогда Святослав со слезами на глазах «изронил слово золотое». С упрёком он говорил, что слишком рано его сыновья взялись искать славу в земле Половецкой. Без чести они пролили поганую кровь и принесли горе на серебряные седины отца. Святослав оплакивает гибель своего сильного и богатого брата Ярослава и сочувствует Владимиру Глебовичу, который страдает в Римове от ран, нанесённых половецкими мечами.

Сказитель призывает князей «прилететь издалека отчий престол поблюсти». Он зовёт великого князя Всеволода, который может «Волгу вёслами расплескать, а Дон шлемами вычерпать»; буйных Рюрика и Давыда, храбрая дружина которых «рыкает, как туры»; Галицкого Осмомысла Ярослава, подпёршего «горы Венгерские своими железными полками»; храбрых Романа и Мстислава, от чьих воинов «дрогнула земля и многие страны». Всех этих князей сказитель призывает бить Кончака «за землю Русскую, за раны Игоревы, буйного Святославича».

Но храброго войска Игоря не воскресить. Ингвар и Всеволод Ольговичи да три Мстиславича уже успели поделить города на берегах Роси и Сулы — «не по праву побед добыли себе владения». Только «Изяслав, сын Васильков» поддержал славу своего деда Всеслава, «позвенел своими острыми мечами о шлемы литовские» и погиб во время сечи. Не было в той битве его братьев, Брячислава и Всеволода, в одиночестве изронил Изяслав «жемчужную душу из храброго тела».

Лишились внуки Ярослава и Всеслава «славы дедов» — из-за своих усобиц допустили поганых на землю Русскую. Сказитель описывает Всеслава, как чародея и оборотня, превраща­ющегося по ночам в «лютого зверя». Волком он скакал от Киева, где «коснулся древком золотого престола», до Новгорода; от Дудуток до кровавых берегов Немиги, засеянных «костьми русских сынов», а в Тмуторокани перебегал дорогу великому хану Хорсу. Днём же князь Всеслав «суд правил». Сидя в Киеве, он слышал звон колоколов Полоцкой Софии. Часто стонала от бед вещая душа Всеслава.

Сказитель с тоской вспоминает давние времена и первых могучих князей, старого Владимира. Нынче же стяги Рюриковы и Давыдовы врозь развиваются, и копья их врозь поют.

В Путивле, на забрале стены плачет Ярославна по своему мужу Игорю, хочет полететь кукушкой, омочить рукав в реке Каяле и омыть любимому раны. Она упрекает ветер, который мчит стрелы на воинов мужа, солнце, скрутившее Игоревы полки жаждой в поле безводном, и просит Днепр принести к ней лодки Игоря.

Тем временем бог указывает Игорю путь из земли Половецкой к отчему престолу. Ночью, когда половцы спали, князь сбежал из плена с помощью верного человека Овлура, который достал Игорю коня.

А Игорь князь поскакал
горностаем к тростнику
и белым гоголем на воду.
Вскочил на борзого коня
и соскочил с него серым волком.
И побежал к излучине Донца,
и полетел соколом под облаками…

По дороге Игорь говорит с Донцом, который лелеял князя на волнах, одевал тёплыми туманами. Он сравнивает добрый Донец и жестокой рекой Стугной, в которой много лет назад утонул юный князь Ростислав.

Гзак и Кончак отправились в погоню по следу Игоря. Кзак предлагает расстрелять князя-соколёнка золочёными стрелами, Кончак хочет опутать его красною девицей. Кзак не соглашается: если опутать соколёнка девицей, то не будет у них ни князя, ни девицы, и станут их русские воины бить в поле Половецком.

И вот князь Игорь уже в Русской земле. Рады этому сёла и города. Поют они славу «Игорю Святославичу, буй туру Всеволоду» и их дружине, которая борется за христиан «против нашествий поганых».

Деревня помещиков Простаковых. Госпожа Простакова в гневе: крепостной портной Тришка, считает она, сшил слишком узкий кафтан её любимому сыну, шестнадцатилетнему недорослю Митрофанушке. Тришка оправдывается тем, что не учился портняжному ремеслу, но госпожа ничего и слушать не хочет. Её муж, Простаков, недалёкий и послушный жене человек, высказывает мнение, что кафтан мешковат. А Тарасу Скотинину, брату Простаковой, кажется, что кафтан «сшит изряднехонько».

Сам же кафтан — обновка Митрофанушке к сговору Скотинина с Софьей, дальней родственницей Простаковых. Отец Софьи умер, когда она была ещё младенцем. Девушка росла у матери в Москве. Но уже минуло полгода, как она осталась круглой сиротой. Простаковы взяли её к себе, чтобы «надзирать за её имением, как за своим собственным». Дядюшка Софьи, Стародум, уехал в Сибирь. На протяжении долгого времени о нём не было никаких известий, и Простаковы считают, что он давно умер.

Скотинин хочет жениться на Софье — не потому, что ему нравится девушка, не потому, что он хочет завладеть её деревеньками, но потому, что в этих деревеньках много… свиней, а до них он большой охотник. А Софья ещё не знает, кого прочат ей в мужья.

Софье приходит письмо от Стародума. Госпожа Простакова, услышав об этом, крайне раздражена: не сбылись её надежды, дядюшка оказался жив. Простакова обвиняет Софью во лжи: письмо, дескать, амурное. Но проверить утверждение она не может, ибо неграмотна. Её муж и брат тоже читать не горазды. Их выручает постоялец Правдин. Он читает письмо, в котором Стародум извещает племянницу, что делает её наследницей своего состояния, нажитого им в Сибири, которое даёт доходу десять тысяч в год. Госпожа Простакова поражена этим известием. У неё возникает новая идея: выдать Софью за своего сына, неуча Митрофана.

Через деревню Простаковых проходят солдаты. Их ведёт офицер Милон. Он встречает здесь своего старого друга, Правдина. Тот рассказывает, что состоит членом наместнического правления. Правдин объезжает округ и особенно обращает внимание на «злонравных невежд», которые плохо обращаются со своими людьми. Именно таких невежд он нашёл в лице Простаковых.

Милон же рассказывает, что он влюблён и более полугода находится в разлуке с любимой. Недавно он узнал, что его возлюбленная осталась сиротой и какие-то дальние родственники увезли её в свои деревни… В тот момент, когда Милон говорит об этом, он внезапно видит свою возлюбленную — это Софья.

Влюблённые рады встрече. Но Софья рассказывает, что госпожа Простакова хочет выдать её замуж за Митрофанушку. Милона терзает ревность. Правда, она ослабевает, когда он узнает побольше о своём «сопернике».

Проходящий мимо Скотинин бесцеремонно заявляет о своих видах на Софью. Правдин рассказывает ему о планах госпожи Простаковой. Скотинин в бешенстве. На глаза ему попадается Митрофан, которого ведёт учиться няня Еремеевна. Дядя желает объясниться с племянником и уж было набрасывается на него с кулаками. Но Еремеевна заслоняет собою Митрофанушку и прогоняет Скотинина.

Приходят учителя Митрофанушки: Сидорыч — Кутейкин и Пафнутьич — Цыфиркин. Кутейкин, дьячок от Покрова, недоучившийся в семинарии, учит Митрофана грамоте по Часослову и Псалтыри. А Цыфиркин, отставной сержант, — учитель арифметики.

Митрофан отказывается учиться. Он жалуется матери, что после дядюшкиной «таски» ему не идёт на ум ученье. Еремеевна рассказывает о столкновении со Скотининым. Простакова утешает сына, обещает его скоро женить. Учителей она велит накормить обедом и вновь прислать. Госпожа недовольна Еремеевной: та «не впилась в харю» Скотинину и «не раздёрнула ему рыла по уши». Простакова собирается по-своему «переведаться» с братцем. Усердная Еремеевна от обиды плачет. Учителя утешают её.

Приезжает Стародум. Прежде чем показаться хозяевам, он беседует со старым знакомым, Правдиным. Стародум вспоминает о своём отце, служившем Петру Великому, хвалит те времена. Стародум приехал, чтобы освободить свою племянницу от «невежд без души». Он был вынужден покинуть государственную службу. Когда Стародум ещё служил по военной части, он подружился с молодым графом. По объявлении войны Стародум поспешил в армию, а граф от этого уклонился. И вскоре после этого граф был произведён чином, а Стародум, раненный на войне, обойдён. Выйдя в отставку, Стародум приехал в Петербург ко двору. Но позже он решил, что «лучше вести жизнь у себя дома, нежели в чужой передней».

Стародум встречается с Софьей и обещает увезти племянницу от Простаковых. Разговор прерван появлением Простаковой и Скотинина. Сестра с братом дерутся, а Милон разнимает их. Стародума эта сцена забавляет. Госпожа Простакова раздражена весельем незнакомца, но, узнав, что это Стародум, она меняет тон на самый раболепный и угодливый. Она хочет подольститься к богатому родственнику и поспособствовать этим женитьбе Митрофанушки на Софье.

Но Стародум обещает на следующее же утро отвезти Софью в Москву, чтобы там выдать её замуж за некоего «молодого человека больших достоинств». Это известие повергает всех в уныние, а Софья «кажется поражённою». Тогда Стародум говорит ей, что выбор достойного жениха — всецело в её воле. Это всем возвращает надежду. Госпожа Простакова хвалится перед Стародумом образованием Митрофанушки. Она особенно довольна немцем Адамом Адамычем Вральманом, которого наняла на пять лет. Она платит ему триста рублей в год (прочим учителям — десять). Вральман учит Митрофана «по-французски и всем наукам». Но главное — он «ребёнка не неволит».

Тем временем Кутейкин и Цыфиркин печалятся о том, что учение идёт не очень успешно. Арифметике Митрофан учится третий год, а «трёх перечесть не умеет». Грамоту он изучает четвёртый год, а до сих пор «новой строки не разберёт». А вся беда в том, что Вральман потакает ленивому ученику и мешает учёбе.

Госпожа Простакова уговаривает сына поучиться. Тот требует, чтобы поскорее был сговор: «Не хочу учиться, хочу жениться». Цыфиркин задаёт Митрофану две задачи. Но мать вмешивается и не даёт решить их. Вообще арифметика представляется ей пустой наукой: «Денег нет — что считать? Деньги есть — сочтём и без Пафнутьича хорошохонько». Приходится Цыфиркину закончить занятие. Его место заступает Кутейкин. Митрофан бессмысленно повторяет за ним строки из Часослова. Тут появляется Вральман. Он объясняет госпоже Простаковой, что излишне набивать голову очень опасно. Вральман считает, что можно обойтись и без российской грамоты, и без арифметики. Митрофанушке, говорит он, нужно лишь знать, как жить в свете. Вральман отпускает Митрофана порезвиться.

Цыфиркин и Кутейкин хотят побить Вральмана. Отставной сержант замахивается доскою, а дьячок — Часословом, но немцу удаётся убежать.

Софья читает книгу Фенелона о воспитании девиц. Стародум беседует с ней о добродетели. Он получает письмо от графа Честана. Это дядя Милона, который хочет женить своего племянника на Софье. Заговаривая с Софьей о её замужестве, Стародум вновь замечает, что она смущена… Тут появляются Правдин и Милон. Правдин представляет Милона Стародуму. Оказывается, Милон в Москве часто бывал в доме Софьиной матери, и та любила его как сына. Стародум, беседуя с Милоном, убеждается, что имеет дело с достойным человеком. Милон просит руки Софьи, упоминая о своей «взаимной склонности» с девушкой. Стародум с радостью узнаёт, что Софья избрала именно того, кого он сам прочит ей в мужья. Он даёт согласие на этот брак.

Но прочие претенденты на руку Софьи ничего не ведают и не оставляют своих надежд. Скотинин принимается говорить о древности своего рода. Стародум в шутку делает вид, что во всём с ним согласен. Госпожа Простакова предлагает Стародуму посмотреть, как Митрофанушка выучен. Софьин дядюшка изображает, будто в восторге от Митрофанушкиной учёности. Однако он отказывает и Скотинину, и Митрофанушке, сообщив, что Софья уже сговорена. Он объявляет, что уедет с Софьей в семь утра. Но госпожа Простакова решает, что до этого времени она успеет «поставить на своём». Она расставляет по дому «часовых».

Правдин получает пакет; ему предписано взять в опеку дом и деревни Простаковых при первом же случае, когда нрав Простаковой будет угрожать безопасности подвластных ей людей. Правдин рассказывает об этом Стародуму. Их разговор прерван шумом…

Люди Простаковой тащат сопротивляющуюся Софью к карете — венчаться с Митрофанушкой. Милон, заставший эту сцену, освобождает невесту. Правдин грозит, что Простакова предстанет перед судом как «нарушительница гражданского спокойства». Госпожа Простакова бурно раскаивается в своём поступке. Стародум и Софья прощают её. Простакова рада прощению: уж теперь-то она отомстит своим слугам за произошедшую неудачу! Но сделать этого ей не удаётся: Правдин объявляет, что по правительственному указу он принимает в опеку дом и деревни Простаковых.

Скотинин подобру-поздорову уезжает к себе, к своим любимым хлевам. Госпожа Простакова просит Правдина дать ей власть хотя бы на три дня. Но тот не соглашается. Он зовёт учителей, чтобы рассчитаться с ними. Еремеевна приводит Кутейкина, Цыфиркина и Вральмана. Правдин отпускает их восвояси. Кутейкин требует, чтобы ему заплатили за ученье, за стоптанные сапоги… А Цыфиркин отказывается от платы, потому что Митрофанушка ничему не научился. За такое великодушие Стародум, Милон и Правдин дают ему денег. А Кутейкину Правдин предлагает рассчитаться с самой госпожой. Тот в ужасе восклицает: «От всего отступаюсь». Во Вральмане Стародум узнаёт своего бывшего кучера. Оказывается, Вральман нигде не мог сыскать себе места кучера и пришлось ему идти в учителя. Стародум соглашается опять взять его к себе кучером.

Стародум, Софья и Милон собираются уезжать. Простакова обнимает Митрофанушку: «Один ты у меня остался…» Но сын грубит ей. Мать падает в обморок. Правдин решает отправить Митрофана на службу. Очнувшись, госпожа Простакова причитает: «Погибла я совсем…» А Стародум, указывая на неё, произносит: «Вот злонравия достойные плоды!»

В окрестностях Москвы, недалеко от Симонова монастыря жила некогда юная девушка Лиза со своей старушкой матерью. После смерти Лизиного отца, довольно зажиточного поселянина, жена и дочь обеднели. Вдова день ото дня становилась слабее и не могла работать. Одна Лиза, не щадя своей нежной молодости и редкой красоты, трудилась день и ночь — ткала холсты, вязала чулки, весной собирала цветы, а летом ягоды и продавала их в Москве.

Однажды весной, спустя два года после смерти отца, Лиза пришла в Москву с ландышами. Молодой, хорошо одетый человек встретился ей на улице. Узнав, что она продаёт цветы, он предложил ей рубль вместо пяти копеек, сказав, что «прекрасные ландыши, сорванные руками прекрасной девушки, стоят рубля». Но Лиза отказалась от предложенной суммы. Он не стал настаивать, однако сказал, что впредь всегда будет покупать у неё цветы и хотел бы, чтобы она рвала их только для него.

Придя домой, Лиза все рассказала матушке, а на другой день нарвала самых лучших ландышей и снова пришла в город, но молодого человека на этот раз не встретила. Бросив цветы в реку, она с грустью в душе вернулась домой. На следующий день вечером незнакомец сам пришёл к ее дому. Едва завидев его, Лиза кинулась к матушке и с волнением сообщила, кто к ним идёт. Старушка встретила гостя, и он показался ей очень любезным и приятным человеком. Эраст — так звали молодого человека — подтвердил, что собирается и в будущем покупать цветы у Лизы, и ей не обязательно ходить в город: он сам может заезжать к ним.

Эраст был довольно богатый дворянин, с изрядным разумом и добрым от природы сердцем, но слабый и ветреный. Он вёл рассеянную жизнь, думал только о своём удовольствии, искал его в светских забавах, а не находя, скучал и жаловался на судьбу. Непорочная красота Лизы при первой встрече потрясла его: ему казалось, что в ней он нашёл именно то, что давно искал.

Так было положено начало их долгим свиданиям. Каждый вечер они виделись или на берегу реки, или в берёзовой роще, или под тенью столетних дубов. Они обнимались, но объятия их были чисты и невинны.

Так прошло несколько недель. Казалось, ничто не могло помешать их счастью. Но однажды вечером Лиза пришла на свидание печальная. Оказалось, что за неё сватается жених, сын богатого крестьянина, и матушка хочет, чтобы она за него вышла. Эраст, утешая Лизу, говорил, что по смерти матери он возьмёт её к себе и будет жить с ней неразлучно. Но Лиза напомнила юноше, что он никогда не сможет быть ее мужем: она крестьянка, а он дворянского рода. Ты обижаешь меня, говорил Эраст, для твоего друга важнее всего твоя душа, чувствительная, невинная душа, ты будешь всегда ближайшая к моему сердцу. Лиза бросилась в его объятия — и в сей час надлежало погибнуть непорочности.

Заблуждение прошло в одну минуту, уступив место удивлению и страху. Лиза плакала, прощаясь с Эрастом.

Свидания их продолжались, но как все переменилось! Лиза не была уже для Эраста ангелом непорочности; платоническая любовь уступила место чувствам, которыми он не мог «гордиться» и которые были для него не новы. Лиза заметила в нем перемену, и это ее печалило.

Однажды во время свидания Эраст сообщил Лизе, что его призывают на службу в армию; им придётся ненадолго расстаться, однако он обещает ее любить и надеется по возвращении никогда с нею не расставаться. Нетрудно вообразить себе, как тяжело переживала Лиза разлуку с любимым. Однако надежда не покидала ее, и каждое утро она просыпалась с мыслью об Эрасте и об их счастье по его возвращении.

Так прошло около двух месяцев. Однажды Лиза пошла в Москву и на одной из больших улиц увидела Эраста, проезжающего мимо в великолепной карете, которая остановилась около огромного дома. Эраст вышел и хотел уже идти на крыльцо, как вдруг почувствовал себя в Лизиных объятиях. Он побледнел, потом, не говоря ни слова, провёл ее в кабинет и запер дверь. Обстоятельства переменились, объявил он девушке, он помолвлен.

Прежде чем Лиза могла опомниться, он вывел ее из кабинета и сказал слуге, чтобы тот проводил ее со двора.

Очутившись на улице, Лиза пошла куда глаза глядят, не в силах поверить услышанному. Она вышла из города и долго брела, пока вдруг не очутилась на берегу глубокого пруда, под сенью древних дубов, которые за несколько недель перед этим были безмолвными свидетелями ее восторгов. Это воспоминание потрясло Лизу, но через несколько минут она погрузилась в глубокую задумчивость. Увидев соседскую девочку, идущую по дороге, она кликнула ее, вынула из кармана все деньги и отдала той, попросив передать матушке, поцеловать ее и попросить простить бедную дочь. Тут она бросилась в воду, и спасти ее уже не смогли.

Лизина мать, узнав о страшной смерти дочери, не выдержала удара и скончалась на месте. Эраст был до конца жизни несчастлив. Он не обманул Лизу, когда сказал ей, что едет в армию, но, вместо того чтобы сражаться с неприятелем, играл в карты и проиграл все состояние. Жениться ему пришлось на пожилой богатой вдове, которая была в него давно влюблена. Узнав о Лизиной судьбе, он не мог утешиться и почитал себя убийцей. Теперь, может быть, они уже примирились.